Кайф от кайфа: несколько дней в Дагестане - Мобил Гуру
Туризм

Кайф от кайфа: несколько дней в Дагестане

«Как прилетишь, обязательно возьми машину! Там такая красота, тебе очень понравится! Удобно, комфортно, можно остановиться в любом месте!», «Обязательно попробуй там мясо! Любое! Бомбически вкусно!», «Что? Ты собралась одна? Брось, надо ехать компанией! Так безопаснее! И веселее!». 

Привет, меня зовут Катя. У меня нет водительских прав, я не ем мясо уже 11 лет, соло-путешествие — то, что не променяется ни на одну тусовку. И этот текст я пишу под шум Каспийского моря.

Часть 1: горы и Prior’ы

«Ты знаешь, мне кажется, кому-то просто выгодно говорить про нас гадости: «Убьют», «Своруют», «Не вернёшься». Ты серьёзно? Мы же не дикари какие-то!» — эмоционально говорит водитель такси. Он везёт меня в центр Махачкалы из аэропорта, куда я только что приземлилась. 

Билет, купленный день в день, обошёлся в 4000 рублей (S7), «Победа» предлагала увезти за 2700. Если планировать поездку заранее, то за 4–5 тысяч можно запросто слетать туда-обратно. 

Воздушные ворота Дагестана находятся в двадцати с небольшим километрах от главных улиц, такси — 450 рублей. Кстати, если верить моим знакомым, то украсть меня должны были в каждом регионе Кавказа, где я когда-то была: в Ингушетии, Чечне, Северной Осетии, Кабардино-Балкарии. Доверие всем (почему-то) внушала разве что Адыгея.

Когда начинаешь искать здесь жильё, то минут через десять тебя охватывает священный ужас. Почти все квартиры, представленные на Airbnb, — в коричневых тонах, с сервизами на комодах, немыслимыми занавесками. Дай бог, без джакузи. Напоминают декорации фильмов, до сих пор показываемых на «НТВ». Плюс почти ни у кого нет отзывов (а это, знаете ли, волнительно).

Если вы приезжаете в Республику впервые, то резоннее будет сделать выбор в сторону гостиницы: и вам спокойнее, и есть у кого совет спросить, и сможете приглядеться к городу для повторной поездки. 

Но и тут всё очень интересно: многие гостиницы, по фото и в реальности, похожи или на советских монстров, или на ночные клубы в духе шальной императрицы. Но на деле всё оказывается вполне приличным: ночь в отеле «Золотая империя» (какое название!), расположенном в самом центре, обошлась в 1800 рублей (с завтраком). Да, на входе стояли накаченные парни-охранники. Зато нет поводов беспокоиться.

Почти во всех городах, расположенных на морях, воздух одинаков: влага, свежесть, древесность. Запах детства, проведённого на курортах Краснодарского края. От центра Махачкалы до Каспия примерно двадцать-тридцать минут бодрым шагом, машины передвигаются, мягко говоря, беспардонно, отечественных тачек реально очень много. 

Ни одной барышни в короткой юбке, пара девушек с оголёнными плечами, парни «на спорте». Нет людей, разгуливающих по городу с сигаретами. Разумеется, никто не заставляет туристов заматываться в пять платков разом, но в чужой монастырь — сами знаете.


Вечерняя Махачкала во главе со своей главной аортой – проспектом Гамзатова – похожа не то на Владикавказ, не то на Грозный: ширь, подсветка «как местный флаг», свобода. Много музеев, кафе, магазинов. Дети катаются на самокатах, смеются, улюлюкают, парни гуляют небольшими группами, девушки не отстают, пожилые пары сидят на скамейках. 

Никакого повышенного внимания (а возвращалась в отель я в 22:00), агрессии, опасности замечено не было. А! Один парень спросил у меня местонахождение «Сбербанка». Вероятно, подумал, что я из этих краёв.

Следующее утро началось в кафе Veranda, где обнаружилась неплохая шакшука (с кофе) за 250 рублей. За одним соседним столом сидели парни в белых рубашках, решавшие рабочие вопросы, за другим — стильно и строго одетые женщины, планировавшие какое-то семейное торжество. 

После знакомства с Джума-мечетью, светлой красавицей, напоминающей Голубую мечеть Стамбула, по плану значилось посещение бархана Сарыкум, находящегося в восемнадцати километрах от центра (именно там, как говорят, снимали «Белое солнце пустыни»).

Такси в один конец стоит примерно 700 рублей, можно доехать на автобусе до посёлка Коркмаскала, а дальше уже топать ножками несколько километров.

Ладно, думаю, зайду на море минут на двадцать, а потом поеду. Короче, это была роковая ошибка. Или же нет, самое настоящее счастье.

Городской пляж столицы Дагестана — довольно странное место: здесь можно увидеть девушек, которые заходят в воду в закрытых наглухо платьях, женщин в обычных купальниках, резвящихся детишек, семьи, устраивающие пикники. Пожилые женщины предлагают купить сахарную вату и горячую кукурузу (ах, Сочи-05), пацаны вертят кульбиты. А в тени лежат собаки всех мастей и возрастов. Свернулись калачиками, спрятались от суеты, жары и ненужных телодвижений. 

Примерно в такого же пёселя я и превратилась, внезапно разрешив себе, человеку с планом и чётко выстроенным графиком, никуда не ехать, не бежать, не нестись. Наблюдать за людьми, смотреть на бирюзовое море, дышать и чувствовать момент. Это ведь огромный кайф: на ходу поменять маршрут, правда?

Солнце, море, песок, как известно, отнимают много сил. Праздное лежание (назло врагам, на радость себе) решено было продолжить после плотного обеда. Хотелось чего-то аутентичного, но простого, без лезгинки и национальных костюмов. 

На помощь пришла подсказка друга, когда-то посоветовавшего мне сходить в кафе «Гуниб». Ты, говорит, не бойся, оно странное и в подвале, но еда — вах. Да, едальня действительно расположена в подвале, где первые минут пять кажется, что ты попал в фильм Алексея Балабанова. Да, меню там написано от руки. 

Обед — 250 рублей, чистота и гостеприимные работники. Оплата производится только наличными.

Разумеется, можно, обливаясь слюной, попытаться написать целый трактат о еде Дагестана, в котором будет много интересного про кухню, особенности, ингредиенты. Курзе (чем-то похожи на вареники, лепятся косичкой), хинкал (тесто, мясо, соус), чуду (тонкие лепёшки с разными начинками). 

Но в реальности всё намного сложнее, потому что в Республике более тридцати национальностей, почти каждое блюдо может быть приготовлено «с акцентом»: по-аварски, по-даргински, по-лакски.

Одно из мест, где можно попробовать всё лучшее сразу, — этно-кафе «Инт» (в городе их 2). Официанты всё расскажут, дадут советы, в меню есть фото / подробная информация об истории каждого блюда. Главное — пожалуйста, не повторяйте мою ошибку, не берите много: я заказала три блюда, ¾ их унесла в пакете. Ела два дня подряд, облизывала пальцы, смеялась над собой.

Часть 2: одним Чохом

«Перестань фотографировать! Ты же всю память истратишь! Да какие это горы, это ж бугры просто! Горы будут дальше!» — восклицает Магомед, везущий меня в сторону хрестоматийного Сулакского каньона. Под покровом этого статного мужчины я проведу несколько ближайших дней: у него свои гостевой дом и этно-сакля в селе Согратль, недалеко от Гуниба. 

Разумеется, особо сообразительные сейчас скажут, что Гунибский район находится в другой стороне от Каньона. Да, так и есть, но мы решили совместить. Добраться до него другими путями — на такси (~1700 рублей от центра Махачкалы), на автобусе до населённого пункта Дубки. 

Кстати, мы проехали тот самый Сарыкум — издалека восторгов он не вызвал.

Магомед разрешает мне курить в машине: как я уже писала, здесь не принято затягиваться на улицах. Или ищи закуток, или пристраивайся к урнам около кафе. Соединение дыма и гор в одно – тот самый боснийский «мерак» — кайф от кайфа конкретного момента.

Хорошая трасса, ведущая в Дубки, меняется на заковыристую, количество туристов возрастает, многие спрашивают дорогу у ребятишек — мы подъезжаем к смотровой площадке, где фотографируются и местные, и приезжие (вход свободный). Рядом парни предлагают папахи, коней, сабли. 

Огромная проблема этих мест — отсутствие указателей, навигации, жилья, представленного на публичных сайтах. Да, можно найти ночлег на месте, поставить палатку, попроситься к местным, но не все пока на это готовы.

Честно говоря, отъехав от Махачкалы буквально на несколько километров, фотографировать хочется каждый сантиметр, всякий уголок, а воздух — набирать в бутылки.

Оставив в стороне Буйнакск, известный трагическими событиями, мы въезжаем в четырёхкилометровый тоннель, после пересечения которого всякую поездку можно смело делить на до и после, на «бугры» и «горы». Макушки цепляются за облака, реки переливят (реально!) всеми оттенками синего, а дышится всё легче. 

Каждые десять минут приходится сбрасывать скорость, потому что на дорогу выходят ишаки и коровы, с каждым поворотом (обязательно перекусите перед дорогой, возьмите с собой воду, серпантин не дремлет) природа становится всё богаче, воздух — гуще. На обочинах есть кафе, но многие из них закрыты — пандемия, вирус, все дела.

Под деревом сидит пара — парень и девушка с огромными рюкзаками. Они автостопом приехали из Питера, приятно удивлены гостеприимством и радушием местных, говорят, что за 10 минут могут поймать машину на любое расстояние. Им нужно в Гуниб, куда мы и направляемся. Разумеется, едем вместе. 

Цель ребят — гора Маяк, высота которой 2352 метра над уровнем моря. Они эмоционально рассказывают про дагестанцев, уже подвозивших их. Нет страха, есть удовольствие от общения и познания традиций. Справа и слева пролетают аулы.

Гуниб — довольно большой населённый пункт, центр притяжения туристов (именно тут произошли самые известные события Кавказской войны, это место — былой оплот имама Шамиля). 

Очень многие снимают здесь жильё на пару недель, а потом катаются по окрестностям, наслаждаются горными тропами, гуляют и ловят попутки. Если смотреть на село сверху (смотровая площадка в наличии, дорога всего одна, но какая!), то кажется, что оно укутано горами, обнято, заключено в кольцо. Здесь были обнаружены банки, кафе, магазины. Короче, движуха.

Чох, находящийся недалеко от Гуниба, — полная его противоположность: спокойствие, размеренность, малолюдность. Он парит над скалами, напоминая сёла в горной Грузии, держится за почву, никуда не спешит. Рассматривать его разноцветные крыши, расположенные друг над другом «слоями», — огромное удовольствие. 

Конечно, различных аулов здесь великое множество, практически везде — изумительный вид. Нужно присматриваться, не бояться туда заезжать, спрашивать, прислушиваться, смотреть. Одним разом. Одним чохом. Вернее, Чохом.

А потом возвращаться. Мы же, оставив за спиной множество сёл, въехали в Согратль, где мне и предстояло провести ближайшие дни. В настоящем горном одиночестве.

Часть 3: Согратль

«Здравствуйте, как вы отдыхаете? Всё хорошо? Скажите, а правду говорят, что про нас в России всякие страсти рассказывают? Что мы злодеи там, нехорошие люди. Вы же видите, это не так! Одна просьба только: чтобы девушки не одевались варварски!» — Мурад, которого я вижу впервые, выдаёт всё это на одном дыхании, широко улыбаясь.

Мы случайно встретились с ним в местном «супермаркете» – сельском магазине — обители гречки, макарон, лампочек, предметов первой необходимости. Здесь меня бесплатно угостят мороженым (потому что жарко). Здесь мы ежедневно смеёмся с продавщицей (а что ещё делать). Здесь я болтаю с покупателями всех возрастов (без вариантов). 

В этих краях вообще принято здороваться, улыбаться, спрашивать про новости и настроение. Ни тебе злых горцев, ни людей с автоматами, ни вертолётов.


Согратль — не самый маленький посёлок: больница, гимназия, мечеть. Раз в неделю — рынок, 70 рублей — цена, которую я заплатила за пять вкусных томатов и три отличных огурца. Здания XIX века соседствуют с современными постройками, по улочкам разгуливают курицы и бычки, почти у каждого жителя есть своё хозяйство. 

Утром ты просыпаешься то от песен петухов, то от серенад ишаков и их женщин. На центральной площади — главная смотровая площадка, ещё одна  — минарет квартальной мечети, куда мы с Магомедом поднимаемся на закате.

Он может часами рассказывать про каждый дом, про всякого жителя, про историю этих мест. Здесь были конюшни, тут — то, там — это, вот в этом доме жил такой-то товарищ. Магомед, бывший военный, раньше был главой этого села — ему по-настоящему в радость рассказывать и показывать, делиться, организовывать экскурсии почти в любой уголок Дагестана, отвозить и привозить гостей (трансфер из Махачкалы до Согратля —2000 рублей, чуть больше цены такси от моего дома в Москве до аэропорта, только расстояние здесь в три раза больше). Если честно, я не знаю (пока) другого такого человека, который был бы столь сильно влюблён в родной край.

Сакля — это каменный дом.

В этно-сакле, созданной Магомедом и его женой Сидрат, удивительным образом соединяются прошлое и настоящее, давнее и современное, сегодняшнее и вчерашнее. Хозяева бережно собрали и сохранили предметы быта горцев, воссоздали национальные аварские костюмы, по крупицам вылепили атмосферу. 

Сделали всё, чтобы у вас сложилось полное ощущение жизни в доме предков: здесь и самовар, и керосинки, и спички, и огромные блюда-тарелки. На террасе — стол, венские стулья, половики, печка. На кухне — травы, чеплашки, сладости. Сутки обошлись всего в 750 рублей. За водой нужно ходить на этаж ниже, но в ванной есть подогреваемый пол, еду готовишь сам, но около газовой плиты есть всё необходимое, спальное место организовано на матрасе, но печь и обогреватель не дадут загрустить. 

Не музей, а живая история. Если выйти на эту самую террасу ночью, видны лишь мечеть, расположенная на горе напротив, ближайшая улица (она подсвечена), несколько фонарей вдали. И редкие фары машин — светящиеся точки, что где-то там, далеко-далеко, едут по дорогам. По мудрым горам. От аула к аулу, от поворота к повороту, от человека к человеку.

Часть 4: тени забытых предков

– А если камень упадёт на машину?
– Значит, судьба.


Каменепады в этих широтах — явление стабильное. На дорогах можно увидеть огромные валуны, мелкую крошку, обломки. Как говорит Магомед, это просто сельская жизнь. Ранним утром мы начинаем движение в сторону Салтинского водопада, находящегося в тридцати пяти километрах от Согратля и Гамсутля — того самого аула-призрака, про который столько всего написано в интернете. Приятная дорога сменяется на «убийственную», машины разгребают камни. Но дело здесь не в природном явлении, а в строительных работах. 

Последние километры до Салты — сплошные горки, подпрыгивания и пыль. Спасение — опытный водитель. А опытный здесь = местный.

Когда мы приехали «к входу», удивила бесшумность. Ну, думаю, отличный водопад! Тихий, спокойный, плавный. Не тут-то было: как выяснилось, просто именно сейчас вода не течёт (так периодически бывает). Но есть возможность пройти «по руслу», по дну, ведущему к месту, где это чудо должно «работать». 

Внутри, в окружении скал, невероятно прохладно, фантастически благостно. Тишину нарушают только вскрики туристов, щелчки камер, шорохи подошв (обязательно, обязательно надевайте удобную обувь, часть тропы — доски и камни). Путь, мягко говоря, шаткий. 

Но этот экстрим всецело компенсируется тем, что вы увидите внутри: светопись, многообразие цветов, переливы, фактурный пейзаж (и отличный фон для фото). Свет струится, сочится, играет сам с собой. Ощущение, что ты попал в какую-то воронку, в турецкую Каппадокию, на Марс. В мир из камня, воды и сияний.

Гамсутль — очень старый аул, последний житель покинул его несколько лет назад. Аул-призрак, аул-лабиринт, аул-памятник. Идти до него примерно 5 километров от основной трассы  (2 с чем-то километра можно проехать на внедорожнике, но дальше абсолютно точно придётся двигаться без машины, максимум — на ишаке или лошади). Узенькие тропки, камни, перепады высоты.

Сначала начинаешь вышагивать бодро и весело: дорога, каждый метр которой идёт на подъём, изумительные виды, люди, подбадривающие друг друга. Дальше — сложнее — уши закладывает, появляются насекомые и отдышка. 

Последние 1300 метров кажутся вечностью, дорога идёт через лесок, финиш ты не видишь. Ещё немного, чуть-чуть, за тем поворотом. Где-то за 400 метров до пункта назначения есть родник, из которого пьёт буквально каждый. Жадно, устало и в ожидании.

Наверху прохладно. Деревья расступаются, внизу — бездна, впереди — он — красавец с торчащими каменными обломками, устремлёнными в небо. Город, зависший над пропастью. Гамсутль смотрит на гостей пустыми глазницами окон, трава поселилась в каждой комнате, ступени истёрты, стены разрушены. 

Это место действительно труднодоступно, скрыто, три дня скачи — не доскачешь. За продуктами питания жители спускались спецом, если что случится — на оперативную помощь можно не надеяться. 

Местные говорят, что есть ещё одна дорога, идущая по соседней горе (идея так себе). Нет ни ограждений, ни охраны, ни смотрителей (вход бесплатен). Упадёшь — твоя проблема, пришёл — молодец, красавчик и джигит.


Когда погуляешь некоторое время по этому населённому в прошлом пункту, начинает кружиться голова. Не то от высоты, не то от свежести воздуха, не то от осознания, что люди здесь жили, рождались, умирали; носили сюда письма, провизию, воду. И, вероятно, надеялись только на себя. 

Этим же вечером, после сильного ливня с молниями, в Согратле и близлежащих аулах выключился свет и оборвалась мобильная связь. Сначала было страшно, непонятно, отчаянно (по современным меркам — экстремальный опыт). А потом — свободно, удивительно и уникально.

Следующим утром, проведя ночь в компании керосинок, печки и тазиков, выезжаем в сторону Обоха, находящегося напротив Согратля. Река Цамтичай вышла из берегов — течёт мутными потоками глиняного цвета; накрапывает дождь. У горных обрывов пасутся коровы, ишаки, барашки — им всё равно на погоду, для них новый день — счастье. 

У каждого аула существует свой уклад, они все по-разному прибраны, ухожены, организованы. Но везде, где мне довелось побывать, люди дружелюбны, улыбчивы и открыты. 

Если позволяет время — не обкрадывайте себя: обосновавшись в одном месте, отправляетесь исследовать окрестности. Пешком, на попутках, в компании гостеприимных хозяев.


На центральной площади Обоха довольно оживлённо: мужчины обсуждают сложившуюся ситуацию, дети скачут по лужам в резиновых сапогах, жизнь продолжается. Тяжёлые облака будто висят над головами, под нами кружат орлы. 

Заезжаем на мемориальный комплекс «Ватан», созданный в память о тех, кто защищал родной край в 1742 году от армии Надир-шаха (комплекс был открыт в 2004-м). Заходим в калитку, переступаем через хилый забор. Ни охраны, ни «Вход запрещён», ни «Добро пожаловать».

На обратной дороге, на подступах к Согратлю, мы останавливаемся практически перед каждой машиной, едущей навстречу. Магомед знает всех односельчан, с ним знаком каждый. Говорят на аварском языке, машут друг другу, улыбаются. 

Каждый обеспокоен внезапным потопом, падением столбов электропередачи, невозможностью связаться с родственниками. Без сотовой связи мы проведём 15 часов (а потом ещё 12). Без света — ровно 37.

Часть 5: всё по 300

«Ой, какая интересная! Дай-ка я тебя поразглядываю! Ничего себе, ещё и мясо не ешь!» — «начальница» столовой в Избербаше, куда я только-только приехала, наслушавшись рассказов местных про «самый лучший пляж, отвечаю», смотрит на меня долго и пристально. 

Она берёт мою руку в свою, качает головой. Для этих мест я, в шароварах, с пучком рыжих волос, в татуировках, явно залётная птица. Женщина предлагает мне вечером посидеть вместе за столиком на улице. Разумеется, обещает всё организовать.

Избербаш — ностальгия по Сочи нулевых, куда мы ездили всей семьёй. Там ещё не было предолимпиадной истерики, сегодняшней дороговизны, человека на человеке 24 часа в сутки. Надо сказать, пляж здесь действительно довольно чистый и немноголюдный, но подступы к нему — глаза бы не видели (мусор, бутылки, окурки). Часть кафе закрыта — конец сезона, помноженный на пандемию. Магазины, в которых можно купить хоть надувной матрас, хоть дыньку, работают без перебоев, как и столовые.

Муслим, приветливый администратор отеля, в котором я остановилась (цена в сутки — 1500 рублей, до моря  ~400 метров), рассказывает, что в этом году очень много туристов-славян, что не может не радовать. Всё по-простому, душевно, без замаха на пять звёзд. В момент поедания салата в той самой столовой (обед обошёлся во все те же 300 рублей) за окнами гордо продефилировала пара бычков.

– Интересно, я успею шаурму взять? Ты хочешь?
– Нет, спасибо огромное! А что вы везёте в коробке?
– Ой, это курочки молодые, только что на базаре купила. По 300! Смотри!

В этот момент женщина в платке действительно открывает массивную коробку, стоящую в проходе микроавтобуса. Кудахтанье разносится по всему салону. Торопиться некуда — автобус не тронется с места до тех пор, пока не будет стопроцентной посадки. 

Предварительно перекусив (неплохое место с приятным интерьером и гуманными ценами — TARELKA, вы не поверите, но чек — снова 300 с небольшим рублей), я совершила марш-бросок до автовокзала, чтобы поехать в Дербент (поездка Избербаш — Дербент — 150 рублей). 

За окном плюс тридцать. После сорока минут ожидания (и это не предел) транспортное средство с четырнадцатью двуногими и пятью пернатыми пассажирами начало движение в сторону самого южного города России.

В Дербенте сразу же ощущается близость Азербайджана — кальяны, ковры, гранаты. Магалы — кварталы низеньких домов, стоящих вплотную, прошиты узенькими улочками, машины ловко взлетают на крутых подъёмах.

Парни-официанты в кафе лузгают между делом семечки, мужчины играют в домино, около столиков снуют коты. Спрашиваю, мол, можно ли закурить? Конечно, отвечают, почему нет?

По этому южному городку хочется бродить часами: разглядывать крыши и двери Старого города, теряться, пить чай из армудов – стаканов в форме бутона. Обязательны к посещению минимум две точки, находящиеся в разных концах: набережная и крепость. Нарын-кала — древняя цитадель, возвышающаяся над городом и морем. Находится она в трёх с небольшим километрах от автовокзала Дербента, таксисты не дремлют.

Если сильны духом — идите пешком, дорога займёт примерно сорок минут. И город посмотрите, и мучные изделия, съеденные за эти дни, растрясёте.

Территория крепости —идеальное место для фотосессии: зелень, стены, огромные ковры, кафе с низенькими столиками, башни, крутые склоны (вход — 150 рублей). 

Набережная, открытая три года назад, — оазис спокойствия, приятный островок, где всё сделано из камня, выполнено в песочных тонах. Красиво, но не вычурно. Фонтаны, фонари, дорожки. Короче, всё по уму. 

Если надумаете ехать от крепости, лучше взять такси (~140 рублей). У кромки воды люди пьют чай (чайник — 100 рублей), расположившись за столиками, чуть выше прогуливаются пары, дети катаются на электрических автомобилях. Люди отдыхают. Местные и приезжие. Без страха, без масок, без дурацких предвзятостей в отношении лиц кавказской национальности.

Особенности национальной Республики

Разумеется, сейчас будут возражения, что «у нас было не так», «а вот нам не помогли», «мы обратили внимание на...». У меня — именно так. Мне помогли. Потому что я увидела именно это.

Есть Москва, а есть Россия. Есть Россия, а есть Кавказ. Нравится нам это или нет. Тут свой уклад, свои устои и традиции. И хорошо бы про них почитать. Не знаешь — спроси. Сомневаешься — узнай. Никто не покусает.

Кавказ принято бояться. Предостерегать от него. Отправлять туда как в последний путь. Это связано, думаю, со стереотипами, выпусками новостей, фильмами в духе «Кавказского пленника» и «Войны». Вы посмотрите на год их выпуска, ребят.
Страх рассеивается после первого дня в Дагестане. Богатство Кавказа — люди. Гостеприимные, отзывчивые, радушные. Могут ли здесь встретиться хамы и агрессоры? Наверное. Это никак не связано с местом и национальностями.

Туризм в Дагестане только-только встаёт на ноги: порой не хватает информации о местах, знаний о передвижениях, удобных ночлегов. Но здесь совершенно точно комфортно быть в любом составе: одной или одному, компанией, с любимым или любимой. 

Хотите, но сомневаетесь? Мечтаете о приключениях, но кто-то один из группы собравшихся всё ещё боится? Всегда можно обратиться к гидам (это ребята, которых знаю лично). 

Например, к Рустаму — человеку, который невероятно любит свой край, надёжному парню Руслану, вот эти ребята не подведут, Адлану — мы вместе были в Чечне, а теперь он возит туры по всему Северному Кавказу, Магомеду, про которого я столько написалаЕсли вы — девушка и уж очень опасаетесь мужской компании — добро пожаловать к Заире.

Всю неделю я проходила в шароварах, в футболках с закрытыми плечами. Никакого неудобства не испытала. Девушкам совершенно точно нужно исключить из гардероба короткое, вызывающее, открытое, обтягивающее. Свободные платья, штанишки, платки, закрытые плечи — отличный вариант. И спокойно, и красиво.

Если соберётесь в горные аулы — обязательно возьмите с собой тёплую одежду и удобную обувь. Зарядки, термос, воду. И предупредите родных, потому что связь есть далеко не везде.

По Дагестану можно запросто передвигаться на попутках, особенно между аулами. Довезут, привезут, покажут. Часто ещё и накормят.

Знаете, есть чёткое представление о русских, отдыхающих в Турции. И его ничем не перебить. Эти люди (по общему мнению) сжирают всё на завтраке (и уносят вагон всего с собой) , ежедневно напиваются, не говорят ни на одном европейском языке. Неприятно, правда? 

Примерно такая же история с предвзятостью, связанной с поведением отдельных людей с Кавказа в Москве. Мог ли кто-то дурно себя повести? Разумеется. Но это не повод ставить крест на всех и сразу.

Порой в кафе вам будут говорить про возможность оплаты картой. Скорее всего, речь идёт про перевод. Да, про старый добрый «Сбербанк Онлайн». Лучше уточнить заранее. Немного налички с собой не повредит в любом случае.

Дети очень любят передразнивать взрослых. Поведение, речь, манеру одеваться. Дагестанцы не стесняются делать реплики известных мест и магазинов по-своему. Например, знаете магазин «Магнит»? Надпись в красной рамочке? Здесь — «Руслан». «Кофе-хаус» => «Чуду-хаус».
С покупкой сигарет нет никаких проблем. Окей, ассортимент не всегда огромный, но без никотина точно не останетесь, даже в сёлах. В больших супермаркетах есть опция покупки алкоголя. Часто и в маленьких магазинах тоже. Если очень надо, но нет в одном — зайди к соседям, спроси, это не табу. Золотое правило — не бродить весело с бутылкой / сигаретой в руках.

Повторюсь, что очень часто маршрутки от одного населённого пункта до другого идут без чёткого графика, всё зависит от наполнения. Учитывайте это при планировании времени. Очень много где работает «Яндекс», порой хозяева апартаментов или их знакомые за адекватные деньги свозят вас туда, куда нужно.

Безусловно, в Дагестане много других красивых мест: и Кубачи, и Гоор, и ещё много всего. Это не значит, что они не заслуживают внимания. Просто в этот раз мой маршрут был немного мимо них.

Чуду — небольшие круглые лепёшки с начинкой. Сыр, творог, мясо. Бывают жареные и печёные. Ударение — на второй слог. Местные ласково называют их «чудушками». Самое время попробовать состряпать их самостоятельно. Ведь чуду (как и чудо) каждый может сделать своими руками.

Автор текста:  Катя Нечитайло

Кайф от кайфа: несколько дней в Дагестане

0 коммент.:

Отправка комментария